Над пропастью во ржи

Эта книга часто упоминалась в разговорах, я слышала много положительных отзывов. Решила прочитать её, хотя знала, что не вся классика мне близка и история книги может не заинтересовать. Однако книга не оправдала ожиданий. Сюжет показался мне скучным, а главный герой вообще не запомнился. Возможно, я ещё не готова к этой книге? Может, стоит перечитать ее через пять-десять лет?

Наконец прочитал эту книгу, хотя много и давно о ней слышал. Но прочел только сейчас, в взрослом возрасте. На мой взгляд, очень трогательный, красивый роман. В романе очень точно показан мир глазами подростка, вступающего в взрослую жизнь. И этот подросток не простой. Он очень думающий человек, тонко чувствует и внимательно смотрит на окружающий мир, подмечая нелицеприятные стороны. Его способность к анализу подкупает. Он свободен в своих оценках и суждениях. И он целен и естественен в своем критическом восприятии. Мне кажется, таким образом он сохраняет природную чистоту духа, которая может пострадать, в этом роковом переходе, во взрослую жизнь. Но это противостояние несет большие риски и может обернуться судьбоносными ошибками. Его сестренка, словно ангел, спасает его от роковой ошибки покинуть дом, в самой трогательной, финальной сцене романа.

Два раза переписывала текст рецензии, в первый - показалось, что отзыв по итогу вышел грубоват и выглядит так, будто я не довольна книгой, а это в корне неверно. Второй - решительно не случилось передать то, что чувствую… Неоднозначное впечатление, но точно не разочарование! Скорее это похоже на сконфуженность от того, что она открывается абсолютно по другому, не так, как ожидаешь… «Над пропастью во ржи» - встречается в любом приличном списке mastread, лидирует в топах мировых шедевров, именно потому я не смогла пройти мимо! Чего ожидала: жесткого отрыва вперемешку с философией прямиком от молодой ещё не загрубевшей души. А получила нечто совсем иное… но обо всем по порядку! Итак повествование ведётся от лица 16-летнего подростка из обеспеченной семьи, находящегося в разгаре пубертатного бунта, которого выгнали из очередной частной школы, и вместо того, чтобы явиться домой с повинной, он решает устроить предрождественский "вакейшн" в НЬЮ-ЙОРКЕ. Ммм… сладкий сахар! Все события предсказуемы, мысли, роящиеся в голове Колфилда абсолютно не оригинальны. Книга сдобрена сленгом 50-х (скурвился, пошлятина, отдать концы - та ещё милота). Динамики в сюжете, лично мне оказалось мало… В процессе все ждала ну вот сейчас начнётся жара… нет? Еще пару глав… Ну наверное сейчас? Ан нет! Мечтала прям, что он попадёт в какую-нибудь сочную передрягу с местными жуликами или что-то в этом роде, но нет, и ладно… по итогу всего лишь естественный кутёж с выпивкой и одна единственная, и то провальная, встреча с проституткой…Воображение само дорисовывало картинки как можно было бы оторваться в Нью с приличными деньгами, да в 16 лет… но не судьба… Только под конец начала анализировать, что весь сказ совсем не про то… Это история одиночества, глухого и вязкого. Холден глубоко замкнутый юноша с номинальными родителями, абсолютно заброшенный, неумело пытающийся прожить горе по умершему брату. В шаге от депрессии, в миллиметре от уныния, и все у него скверно, и всех ему жалко… И везде какой-то серый невероятно паршивый фон… Кажется что он и есть тот самый маленький малыш, во ржи, играющий на краю пропасти в жестокую взрослую жизнь, но так только кажется! По моему он вовсе не на краю, а давно в ней. А какое у Вас осталось послевкусие? Кто читал?

Как же бывает сложно с признанными мировыми шедеврами литературы. Куча поклонников, восторженные отзывы и ты такая... разочарованная сидишь и не можешь понять, за что же прославился сей шедевр. Многие говорят, что Сэлинджера надо читать в подростковом возрасте, чтобы проникнуться бунтарским духом и понять, что через знакомые тебе проблемы проходят и другие подростки. Ну да, кто из нас не чувствовал себя одиноким и непонятым окружающими? Но многие ли из нас могли себе позволить беззаботно упиваться собственными проблемами? Просто плюнуть на всё и всех, взять кучу денег и пуститься в загул по барам и отелям? Пить, куролесить по старым знакомым, попутно осуждая их всех вместе взятых? Лично мне ТАКИХ проблем не понять. Я вообще не вижу как таковых трудностей у главного героя. Ну ладно, ладно, это во мне говорит взрослый и вроде как адекватный человек, насущные дела которого приносят такие заботы, которые не снились избалованному подростку. Но вспоминаю себя в возрасте Холдена и ощущаю, что была прямо-таки бойцом и живчиком, не знающим депрессий. И вообще мне кажется, российские дети, выросшие в 90-х, не могли себе позволить такую роскошь, как сложить ручки и плыть по течению. Слишком много событий происходило вокруг нас, чтобы мы могли забить на всё и предаваться унынию. Холден Колфилд не вызывает никаких эмоций от слова совсем, поэтому на протяжении всего романа я лишь раздражённо считала страницы до его окончания. Он не хочет учиться, не умеет дружить, у него нет устремлений и желаний, а ещё он усердно отталкивает всех, кто протягивает ему руку помощи. Я так и не поняла, зачем нужна книга о человеке, который ничего не хочет. В жизни вообще самое простое - это ничего не делать. Так зачем об этом писать? Я бы ещё поняла, если бы Холден пытался искать свой путь, прилагал бы хоть малейшие усилия для поиска самого себя, но ведь и этого нет. Он мне показался типичным представителем "золотой молодёжи", которой не надо в жизни прокладывать путь, ведь обеспеченные родители всё сделают за него. Выгнали из школы? Подумаешь! Родители оплатят другую. Закончились деньги? Не проблема, ещё найдёт. По сюжету у героя самой большой проблемой оказался возраст, недостаточный для покупки алкоголя, поэтому в каждом баре он переживает только за вопросы официантов. Я считаю, что литература так или иначе должна чему-то учить. А чему может научить "Над пропастью во ржи"? Упиваться несчастьями, которые сам себе и создаёшь? Или выискивать в людях только плохое? Нет, не по мне такие книги, а нейтральную оценку поставила только из уважения к званию классики.

Когда я читала этот роман, мне ужасно хотелось сказать главному герою: "Сдохни, наконец, сбросься в пруд и узнаешь, где утки". Холден Колфилд напомнил мне овцу, которая отбилась от стада и ворчит на весь мир за то, что ее такую особенную никто не понимает: "Я ненавижу... Господи, до чего я все это ненавижу!" — голосочек неуверенного мальчика-бунтаря. Мальчика, который нанимает проститутку и не решается ей вставить, оскорбляет понравившуюся девчонку и после, пьяный, просит у неё прощения... бездарь, который даже сестренке не может довести подарок — ломает виниловую пластинку по пути, и весь роман трусит перед родителями. Создается ощущение, что вопрос "куда деваются утки, когда пруд замерзает?" — единственное, что волнует его в жизни. Сплошная бессмыслица. Дневник тупого подростка, в котором нашли себя многие, такие же потерянные люди. Сплошное раздражение миром, обществом, жизнью, будто этому ребенку чем-то обязаны. Одни проблемы и жалобы на эти проблемы. И как же без геройства: Я себе представляю, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном полем по ржи. Тысячи малышей, а кругом ни души, ни одного взрослого, кроме меня... И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Эта пустая мечта и разговор с сестрой в конце книги означают лишь одно: "Я страдаю, все отрицаю, но вы не смейте — я один такой" . Кто-то находит дрочево на подростковые сопли интересным? Зря. Единственное, что можно понять через портрет Колфилда — поколения детей-старичков. Всего 17 лет, а жизнь — сплошная слизь. Если вы не знаете, что вам в жизни нужно, ничего не хотите решать, все раздражает, раздражает, раздражает и охота бежать, — куда-нибудь, но бежать, то эта книга — для вас. Я же скажу себе и другим разочарованным спасибо за терпение. Через такие книги тоже познаешь людей. И литературу, на которую не стоит тратить время, даже если она "классика".

Вот так в лоб скажу, что книга мне не понравилась. Вот не понимаю я особо её культовости и якобы шедевральности. Не вижу я в ней изюма, смакуя который невольно говоришь: " Вау! ". Может, в то время это и было своеобразным откровением (хотя в чём, всё равно неясно), но сейчас это выглядит как хорошо и складно оформленные дневниковые записи мечущегося школьника. Впрочем, стиль примерно такой и есть, однако суть в том, что записи эти на фоне подобных не особо-то и выделяются. Не выделяется книга ни закрученным сюжетом, ни какой-то глубокой философией с цепляющими мыслями, ни ярчайшими эмоциями (они есть, но описаны так сухо, что проникнуться не получается), ни по-настоящему интересными персонажами. Кратко говоря, вот прочитал, и ощущение пустоты какое-то. Даже не опустошенности, а именно пустоты. Вполне вероятно, что на моё впечатление сказались завышенные ожидания в силу статусности книги, однако старался оценивать непредвзято. Просто не понравилось. Просто даже если без предвзятости оценивать инжир в золотой фольге, то он всё равно останется инжиром. И может кому-то инжир по вкусу, а я его не люблю. Ну и чтоб чуть-чуть закрепить описанное впечатление, замучу блиц-перечисление-минусов : скучность и унылость повествования, множество постоянных повторений, очевидность мыслей в рассуждениях, слабоватый язык, неинтересность персонажей, растянутость и так далее. Не знаю, чем закончить, а потому скажу, что книгу я слушал в аудио формате, пока занимался спортом. И вообще, эту рецензию я пишу исключительно только ради того, чтоб покичиться тем, какой я спортивный. Так что вместо дальнейшего избиения сего раздутого произведения напишу-ка лучше технику выполнения упражнения " Велосипед ": Исходное положение: лежа на спине, поясница плотно прижата к полу, согнутые в коленях ноги стоят на земле, руки за головой. За счет напряжения мышц пресса поднимите ноги вверх, затем приподнимите верх тела и начинайте тянуться локтем левой руки к правому колену. Задержитесь. Перемените сторону. В общем, садитесь, два. 2 из 5.

Холден Колфилд в романе "Над пропастью во ржи" говорит, что его увлекают такие книги, дочитав которые до конца, начинаешь думать: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется. Ну а я скажу так: хорошо бы, если бы главный герой этого романа стал моим лучшим другом. Хорошо бы, если бы с ним можно было встретиться где-нибудь на Таймс-сквер или, на худой конец, на Чистых прудах, потолковать о том, о сем, попинать камешки на тротуаре и поглазеть на проходящих мимо людей. И пусть Холден Колфилд всего лишь обыкновенный подросток, а не какой-нибудь восточный мудрец или супергерой, пусть он младше меня почти в два раза, но, черт возьми, я был бы безумно рад, если бы у меня был такой друг, как он. Вероятно, я так говорю потому, что сам до сих пор в душе являюсь подростком, сам до сих пор смотрю на этот мир глазами напуганного, растерянного молодого паренька, стоящего на пороге взрослой жизни и не желающего становиться частью системы, сам рассуждаю так же, как и главный герой этой книги. Но сейчас, к счастью, речь не обо мне, а о Холдене. О молодом человеке, у которого, несмотря на его юный возраст, имеется четкое представление об этом мире, свое видение того, что происходит вокруг, свои взгляды и убеждения, свой уникальный набор ценностей. Если хорошенько подумать, философия этого молодого человека проста, как дважды два. Он просто-напросто не желает быть таким, как все. Он боится того, что повзрослев, станет еще одним винтиком в огромном колесе под названием система. Он отрицает то, что с малых лет вдалбливается в наши мозги – ходи в школу, получай хорошие оценки, поступай в институт, найди престижную работу. Он презирает все это. Ему тошно от того, что вокруг одна сплошная фальшь, притворство, лицемерие, подлость и обман. Он не стремится к тому, чего хотят большинство подростков – стать банкирами, юристами, адвокатами, офисными клерками или биржевыми маклерами. Он всего лишь хочет ловить детишек в поле, усеянном рожью, чтобы они, заигравшись, не упали в пропасть. Да, таков Холден Колфилд. Подросток, который сам потерялся во ржи, заблудился в огромном поле под названием жизнь и который того и гляди сам свалиться в пропасть. Молодой паренек, который так отчаянно стремится не попасть в жернова системы. Мальчишка, который знает, понимает и видит всю окружающую действительность такой, какая она есть. Ребенок, который наполнен страхами, тревогами и ненавистью ко всему двуличному и показушному. Джером Сэлинджер, безусловно, создал культовый образ. Его заслуга, прежде всего, состоит в том, что Холден Колфилд предстает перед нами не персонажем из книги, а живым человеком. Человеком переживающим, чувствующим, мыслящим и, несмотря на свое неприятие и ненависть к людям, - как бы это не парадоксально звучало, - чрезвычайно добрым и порядочным. Очень хочется верить, что этот мальчишка не растеряет свою индивидуальность и харизму в процессе взросления. Но, к счастью, мы этого никогда не узнаем, ибо «Над пропастью во ржи» - это всего лишь три дня, выдернутых из его подростковой жизни, а посему в наших мозгах он навсегда останется тем Холденом Колфилдом, каким мы его увидели, когда ему было шестнадцать лет – бунтарем, романтиком, трогательным и обаятельным пареньком.

С годами всё больше убеждаюсь в том, что первое впечатление бывает обманчиво, хотя есть во всей этой идее и здравое зерно. Не первый взгляд, нет. Первая улыбка. Внешность лжива и обманчива, глаза можно спрятать за стёклами модных очков, но вот улыбка не солжёт. Она обнажает душу, вытаскивает на свет подлинное, то, что скрывается за ретушью напускной внешней красоты. Когда человек вдруг в первый раз улыбается на твоих глазах, становишься чуть ближе к пониманию. Ближе, как никогда. Но я, кажется, опять заболтался. Итак, Холден Колфилд. Нелепый, смешной парнишка, вечно всем недовольный, озлобленный на весь мир. За показуху и фальшь, за несправедливость, за то, что он так и не нашёл и даже не видит себе места во взрослой жизни, а детство покинул уже давно. Немного трусоватый, робкий, застенчивый, не красавчик, умён, хотя и не старается это как-то использовать. Ничего общего с образом картинного бунтаря, какой рисует воображение читателя. И вот он шатается себе по городу, выпивает в барах, влипает в неприятности, нелепо и трогательно пытается построить хоть какие-то отношения с девушками. И за всем этим - нет, вовсе не потерявшийся в жизни гений. И даже не чистая и добрая душа, хотя человек он, в сущности, неплохой. Для меня Холден в первую очередь гениальная и ненавязчивая иллюстрация того, что за каждой - абсолютно - фигуркой из толпы скрывается живой, настоящий человек со своими мечтами и надеждами. Со стороны Холден, готов спорить, такая же фальшивка, такая же маска, как и остальные. И пресловутое узнавание себя в герое, оно не потому, что Колфилд икона поколения и что-то там символизирует. Он просто обычный парень, такой же, как все. И, узнавая в герое частичку себя, мы рано или поздно понимаем, что дело-то не в том, что Холден - герой культовой книги, а исключительные и неповторимые мы на него похожи. В общем, я в восторге. Это действительно отличная книга, целиком и полностью построенная на обаянии Холдена. И он вовсе не икона и не идеал. Просто обычный славный парень. И улыбка у него наверняка замечательная. Я был бы счастлив иметь такого друга, честно.

Если кто-то звал кого-то вечером во ржи... Я похожа на Холдена Колфилда. Как и многие. Каждый чем-то похож на Холдена Колфилда. Иногда наступает период в жизни, когда хочется куда-то бежать, пускай даже и в пропасть, но лишь бы бежать. Бежать дальше от обязательств, от предрассудков, от каких-то чертовых указаний что делать и чего не делать. Хочется просто скрыться, жить в маленьком домике и притворятся глухонемым. Днем писать книги, или рисовать, или сочинять стихи, а вечером выходить в поле и смотреть на закат. Смотреть и думать о том, что ничего не меняется вокруг, каждый день повторяет предыдущий - солнце все так же встает и садится, все так же бегут облака по небу, но мы каждый день меняемся, каждый день мы другие. Может измениться лишь какая-то мелочь, но так как прежде уже не будет. А потом возвращаться домой, ложиться в кровать и придумывать сказки. У каждого в жизни обязательно приходит время, когда хочется ломать систему, когда хочется делать все наперекор, все не по стандартам. Только в это время мы по-настоящему живем, потому что мы знаем чего хотим. А потом либо система ломает нас, либо мы ее. От этого жизненного периода поиска себя в мире зависит вся дальнейшая жизнь. Стоит пойти не туда и все улетит в тартарары. Кто-то скажет, что эта книга ни о чем не может сказать. Всего пара дней из жизни какого-то непонятного шестнадцатилетнего паренька. На самом деле в этой книге заключено очень многое. В ней душа юных поколений, бунтарей и борцов с системой. А паренька зовут Холден Колфилд и кусочек такого вот Холдена живет в каждом из нас.

Сразу хочу предупредить: я отношусь к тем читателям, кому "Над пропастью во ржи" нравится.Такое уж тут дело с популярными книгами, что не находится равнодушных - кто-то ставит свое уверенное "за", а кто-то яро отстаивает свое "против". Ничего доказывать или опровергать не стану, а просто хочу написать о мыслях, появившихся в момент чтения. Я уверена, что не только мне приходило в голову поискать подвох в названии. Я, как нормальный человек, гуглила и википедила, но точных доказательств своих мыслей так и не нашла. Я думала, мол, ну как так, не может же это "во ржи" так настойчиво перекликаться с "во лжи", но являться только совпадением. Ладно, подумала, это же все-таки перевод с английского, а значит, вполне вероятно, никакого подтекста и аллюзий в названии нет. Окей, английское название - "The Catcher in the Rye", что вполне созвучно с "The Cather in the Lie" и, как не пытайся, от мыслей отвертеться уже точно не получится. Т.е. если бы наш великий и могучий позволял с игрой слов переводить все, ничего не меняя, то это бы звучало "Ловец во ржи", а подтекстом - "Ловящий на лжи". Кланяюсь в ножки переводчице, Рите Райт-Ковалевой, которая так красиво переделала название, оставив читателям шанс поразмыслить, есть ли там это самое "во лжи". Да, в книге есть эпизод, который, я так понимаю, и стал причиной к названию: Понимаешь, я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом – ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело – ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак. Да только это эпизод, а "Над пропастью во лжи" читается мне на протяжении всей книги. Главная проблема Холдена Колфилда - он видит эту самую "липу", ложь. Видит ее во всех этих взрослых, которые должны его чему-то научить, но, как они могут, если вся их жизнь, все их слова - это только липа. Франты лгут, учителя лгут, директора рассыпаются в приторных улыбках богатым родителям и тоже лгут, сутенеры-лифтеры - вот уж ожидаемо! - лгут, проститутки лгут и, боже мой, даже отец, "обещающий убить за исключение из школы", лжет. И как тут быть нормальным, расти нормальным, спрашивается? Только и осталось, что стать Ловцом во Ржи, Ловцом на Лжи, чтобы оградить от всего этого всех других, которые еще не поняли (да, маленькая Фиби?), но очень скоро поймут.

"играли они очень хорошо, но мне не понравилось." есть такой анекдот: Книга о Чапаеве. первая страница. Чапаев на коне въехал в лес цок-цок-цок-цок-цок... 318 страница. цок-цок-цок-цок-цок. Чапаев на коне выехал из леса. Конец. вот такое же впечатление произвела на меня эта книга. цок-цок-цок. коротенький и очень популярный роман, который я мучила 4 вечера. есть плюс - засыпала как младенец. если б не мое стремление бороться с долгостроем , я бы не стала писать рецензию. но надо. первое. я не люблю подростков. я их понимаю и жалею, но любить не получается. особенно американских с их напыщенностью и узколобостью. Холден вроде бы и не глупый, но все же его мир для меня слишком монохромный. это доходит до абсурда. обожаю, ненавижу - середины нет. причем одно и то же он сейчас боготворит, а через минуту уже материт. это больше смахивает не на юношеский максимализм, а на нервное расстройство. хотя, возможно, быть подростком - это и есть некое расстройство. зачастую излечимое временем. во многом я даже согласна с нашим героем, но к чему столько нервов? все эти его переживания по сути просто от безделья. ах, этот мир несовершенен, какая новость. смешно и жалко выглядят попытки юного мальчишки казаться взрослым и бывалым. заказывать виски с содовой, которые тебе никогда не принесут, впускать проститутку в свою комнату, зная, что никогда с ней не переспишь... жизнь понарошку. игра в жизнь. иногда хотелось зажмуриться и не видеть этого. второе. мне не нравятся книги, построенные по шаблону "встал-поел-сказал-поел-поспал-поел". мне скучно. какой бы огромнейший смысл не пытался вложить в это действо автор - мне все это видится БЕЗдействием. нет, я не поклонница боевиков и прочих веселых книжиц, но мне нравятся наслоения во времени, в эмоциях, нравится развитие и, возможно, скачки в повествовании, некие петли и неожиданности. тут же мы едем по прямой, причем в гору. на санках. летом. чем дальше, тем тяжелее и безнадежней. Сэлинджер вложил в уста Холдена фразу про актеров, которые слишком хорошо имитируют жизнь. книга, которая у него получилась в итоге тоже очень хорошо имитирует мысли и эмоции подростка. слишком. третье. меня очень тронул рассказ про бейсбольную перчатку и размышления Холдена о брате и сестре. есть в нем кое-что настоящее, то, что не даст ему погрузиться в пучину бесполезных телодвижений и бессмысленных слов. через год ему уже будет семнадцать, а через два, оглянешься - вот уже все и встает на свои места. есть семья, есть чувства, есть некая константа. и какая, в сущности, разница, что там показывают в кино и как выглядят девчонки, сидящие напротив? взрослых мальчиков это не волнует и слава богу. только став по-настоящему взрослым, человек перестает душить в себе ребенка. и вот тогда начинается самое интересное. но это уже совсем другая история...

Читала «Над пропастью во ржи» и так грустно было! Холден убежден, что мир, который его окружает – фальшив и лжив, взрослые и сверстники – все вокруг вызывают в нем глухое раздражение. Вот тут все пишут про 15-17 лет, что в ЭТОМ возрасте всегда так, что с годами это пройдет. Я же говорю ВОЗРАСТ ТУТ НЕ ПРИЧЕМ! Такое состояние возникает тогда, когда человек не видит смысла в том, что он делает — неважно, на работе, дома или в одиночестве. Ощущение бессилия и невозможности что-либо поменять. Например, работаешь на нелюбимой работе, в которой не видишь ни малейшего смысла, и при этом считаешь, что уходить с нее — некуда. Живешь в браке без любви, а развестись страшно. В этих семьях вполне может поддерживаться видимость благополучия, но главная их особенность — людей в них уже нет, есть функции мужа, жены, ребенка. Нет искренней заинтересованности и тепла, зато много ритуальных, повторяющихся изо дня в день разговоров. Скажите мне, было ли у вас хотя бы раз так? Вот четыре признака, что Вы чувствуете тоже, что и Холден: 1) немотивированная агрессия; 2) отсутствии смысла жизни, которое вызывает раздражение, цинизм; 3) полная утрата веры в способность влиять на значимые жизненные ситуации; 4) фактическое сведение собственной жизни к простому удовлетворению физиологических потребностей. Нет ничего, что казалось бы стоящим и интересным, апатия, тоска и скука, очень низкий уровень активности. Люди бунтуют, когда хотят что-то изменить, но не могут, им приходиться жить ПО НАВЯЗАННЫМ ПРАВИЛАМ. ощущение личной несвободы: 15-летний подросток так выразил это ощущение: «Я чувствую себя чужим в этой жизни. За меня все решают другие. Я никогда не буду тем, кем хочу. Я просто загнанная тварь. И даже когда я все вокруг крушу — моей свободы не становится больше». Взрослые чаще любят говорить следующее: «я вам сочувствую, но ничем помочь не могу — инструкция» Главное обвинение, которое Холден бросал окружающему миру, - это обвинение в фальши, в сознательном, а потому особенно отвратительном притворстве, «показухе». Он дерзнул обвинить людей в самодовольствие, лицемерии, душевной черствости. Эта его юношеская нетерпимость и притягивает, неодолимо притягивает читательские сердца. Я представляю, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле во ржи. Тысячи малышей, а кругом ни души, ни одного взрослого, кроме меня.…И мое дело – ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть» …«Будь у человека хоть миллион лет в распоряжении, все равно ему не стереть всю похабщину со всех стен на свете. Невозможное это дело...» А если все мы вместе будет стараться уничтожить похабщину, будем «ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть», то вдруг у нас получиться? Выделяться в мире лжи и насилия необходимо именно потому, что это должно стать частью нашей жизни. Будет страшно, если мы перестанем реагировать на зло вокруг нас, если мы станем безразличны! Ценности реализуются в помощи другим людям, в заботе, в благотворительности. Когда мы оказываем даже небольшую услугу другому человеку, то ощущаем себя лучше, настроение приподнимается! В.Франкл сказал: «Очень часто какой-нибудь из наших пациентов жалуется нам, что его жизнь не имеет никакого смысла, поскольку его деятельность лишена высокой ценности... Но гораздо важнее не то, кем он работает, а то, как он работает». Достоинство человека определяется чувством гордости за то, что он делает. И в простом дворнике, аккуратно убирающем свой двор и поддерживающем его чистоту намного больше человеческого достоинства, , чем в знаменитом политике, вся деятельность которого заключается в заметании следов от прошлых прегрешений и в совершении новых». Я призываю вас всех, читайте «Над пропостью во ржи», читайте в 15 лет, читайте в 25, 40, 70 лет! Читайте и прислушивайтесь к себе, что вы хотели бы поменять, чтобы все мы стали честнее и добрее?

Как трудно не упасть в эту пропасть, заигравшись во ржи. Особенно если тебе всего 16 лет, ты честен с самим собой, видишь малейшую ложь и не можешь с ней смириться. Каждый оказывается над этой пропастью. И это очень трудное, непонятное время. Ты уже не настолько мал, но ещё не совсем взрослый. Но ты видишь, чувствуешь и понимаешь. Отсюда и неприятие, отсюда и отторжение. Потому что ложь и фальшь всплывает на поверхность, а ты настолько чист душой, что не можешь жить во всём этом. Жить во лжи. Над пропастью во лжи. И кажется, что лучше шагнуть в эту пропасть и пропасть насовсем, чем так, как всё есть на самом деле..Наверное всех когда-нибудь посещали эти мысли, терзали сомнения, учиться жить в 16 лет это всё равно что учиться ходить в год. Только пропасть немного другая. На самом деле это глубокий роман. Кто проходил через эти искания – тот поймёт. Только жаль, что не всегда на краю пропасти оказывается он- этот Ловец, спасающий детей. От того всё складывается по-разному. Я очень хорошо помню себя в возрасте Холдена. Поступки, мотивы, поведение героя мне понятны. Поиск себя, желание просто найти родственную душу в этом огромном, но бесконечно чужом мире. Просто поговорить..Да, иногда просто поговорить, ни о чём, набрать номер старого знакомого и поговорить. Я иногда набирала наугад номер телефона, и если удавалось, долго-долго разговаривала, иногда даже забыв спросить имя собеседника. И такие случайные разговоры иногда уводили от пропасти. Сейчас, к сожалению, как бы я ни старалась, не смогу повторить трюка с набором номера наугад..Я думаю- а что сказать? А тогда- находилось что сказать.. Холден чудесный ребёнок. Взрослеющий ребёнок. Меня покорила его честность, желание найти себя, а ещё бесконечная доброта. Он добрый. А то, что он ненавидит весь мир (это он так говорит, ему надо защищаться!), так это всё неправда. Он любит жизнь, любит! Иначе он не хотел бы стать Ловцом. Просто он ищет себя. И пока нашёл лишь маленькую тропинку, которая уведёт его дальше от пропасти.. Холден больше всего привязан к детям. Наверное потому, что дети меньше всего участвуют во лжи и больше всего попадаются в её сети. А ещё именно они- маленькие и беззащитные нуждаются в том, что бы их поймали, когда они подбегут к пропасти, заигравшись и не заметив этого. Трогательный момент с бейсбольной рукавицей брата Холдена. И ужасно, что пришлось порвать это сочинение, а ведь в нём была частичка души..Присмотрелись бы внимательней, и глядишь, Холден на шаг был бы дальше этой пропасти.. Эту книгу надо читать всем. Всем, кто ушёл со своего поля ржи, кто бежит к пропасти, не замечая, что она близка, кто стоит над пропастью и думает, куда сделать следующий шаг. А ведь не всегда рядом оказывается Ловец..А каждое слово, сказанное в этот момент, останется в душе, даже если покажется, что тебя не слушают, всё равно, очень важно, что бы рядом оказался кто-то, одна живая душа, с которой можно было бы просто перебросится парочкой слов. Не понимает тот, кто не переживал эти моменты – непринятие жизни, поиск себя. Скитания по городу, просто пустые шатания..Садишься рано утром в холодный трамвай и едешь, едешь по кругу. Кто-то скажет- пустая трата времени. Наверное. Он окажется прав. Но что делать, когда в тот момент ты не мог поступить иначе? Когда хотелось куда-то сбежать, просто взять билет на самолёт (да, я хотела именно улететь!) и подальше от всего этого, что окружает..Но только теперь я стала понимать и другое - а что было бы там, в другом городе, спустись я с трапа? Всё тоже самое..Много думала я тогда, катаясь в трамвае по городу по понедельникам..У нас была практика УПК и мне до чёртиков хотелось вырваться, так было там тесно, хотелось бежать..И я бежала в холодный трамвай. Менялись пассажиры, а я каталась по городу..Но всегда возвращалась.. Наверное, жаль, что я об этом разболтала..Теперь мне как-то не хватает этого холодного трамвая и мыслей того времени..Да, странная штука. Это точно, Холден. Но я всё-таки рада, что ты рассказал..Что мы поговорили….

Четыре тысячи читателей, громкое и знаменитое, красивое и романтичное название... Теперь уже и я в числе полюбивших книгу, в числе тех, на кого она произвела неизгладимое впечатление. Холден Колфилд, кто он? Сначала этот парень показался мне настолько пустым, что, прочитав несколько глав, я была готова согласится с рецензией Mi_Iwaike и, казалось, была обречена читать эту скучную пустоту. Но как же хорошо, что я все-таки продолжила чтение! Это были первые поспешные выводы. Итак, Холден Колфилд - один из тех чудаков, не принятых обществом , которым я посвятила подборку и которых я очень люблю познавать! Этот парень - подросток, бунтующий, желающий сделать мир лучше, его бунт не так явен и не так заметен, он внутри, он нарастает лавиной чувств, лавиной поступков и рассуждений. И хотелось бы сказать, что он - типичный подросток. Но это не так. Он не типичен, совсем не типичен. Холден - этакая смесь бунтаря-хулигана с чистой душой и высокими духовными ценностями. Интереснейшая личность. Да, он пьет, да - разгуливает по барам, ищет приключений, весьма развязно рассуждает, курит. Но это все оболочка. От части это все не он - это проявление бунтаря, который ищет другой мир, других людей... А почему? Потому что он и сам другой. В своих похождениях он видит общество и судит людей, причем часто судит не как подросток, а как человек, повидавший жизнь. Парень знает, что хорошо, а что - плохо. Он ясно видит эту грань, как в других, так и в себе самом, время от времени восклицая: Нет, я все-таки ненормальный, честное слово! Холден любит свою семью, он достаточно умен, намного умнее многих сверстников, причем частенько он учится на ошибках других людей. Парень видит чужие промахи и хочет избежать для себя подобной участи. Холден добрый и справедливый, в нем играет дух эмансипации и познание нашего несправедливого мира (а подростков это первое осознание несправедливости порою очень сильно задевает). Он не самый лучший сын - не идеальный, не оправдавший надежд родителей, но семья для него - святое и это видно. Самая трогательная ветка отношений в этой книге - отношения Холдена с маленькой сестричкой Фиби. Для брата она - лучший человек на Земле. С таким трепетом, с такой любовью парень говорит о сестре, так по-отцовски он опекает Фиби, будто оберегает ее детское сердце, от того негатива, который уже познал сам. Но и девочка, маленькая девочка, играет очень важную роль в протесте брата, меняет его, заставляет задуматься о правильности принятых решений. По правде сказать, это - самые прекрасные, самые трепетные, дружеские и самые личные отношения между детьми в семье, о которых я читала в книгах. Эти моменты вызывали у меня море эмоций, я чувствовала эту безграничную любовь. Идеально. А разговоры? Ведь как Холден раскрывался с ней! Возможно, эта маленькая девочка в силу возраста не могла понять переживаний брата до конца, однако слушала и даже советовала! А он с ней говорил, как со взрослой. С Фиби связан и мой любимый момент книги, момент, когда Холден говорит сестре о своей мечте, невероятно красивой и, если вдуматься - грандиозной, вот тут-то кроется вся суть, весь смысл существования Холдена Колфилда: - Понимаешь, я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак. Он сам стремился не сорваться, избавить мир от этой пропасти. Великие цели маленького взрослеющего человека. — Пропасть, в которую ты летишь, — ужасная пропасть, опасная. Тот, кто в нее падает, никогда не почувствует дна. Он падает, падает без конца. Это бывает с людьми, которые в какой-то момент своей жизни стали искать то, чего им не может дать их привычное окружение. Вернее, они думали, что в привычном окружении они ничего для себя найти не могут. И они перестали искать. Перестали искать, даже не делая попытки что-нибудь найти Каждый из нас был на краю этой пропасти, пропасти во ржи, шумящей, манящей разговорами... Кто-то останавливается, кто-то не успевает, а кто-то оступается и летит в нее... - Настанет день, — говорит он вдруг, — и тебе придется решать, куда идти. И сразу надо идти туда, куда ты решил. Немедленно. Ты не имеешь права терять ни минуты. Милый Холден Колфилд! Пусть ты далек от идеала, но я в тебе очень сильно ошибалась и я верю, что, как бы не сложилась твоя судьба, ты получил все, что хотел и все, к чему так стремился. Я верю, что ты исправил свои ошибки, выбрал правильную дорогу. На месте твоих родителей, я бы гордилась таким сыном. Откуда человеку заранее знать, что он будет делать? Ничего нельзя знать заранее!

Для предотвращения многочисленных конфликтов, которые могут разразиться в комментариях: Далее следующий текст - это лично моё мнение. И этот текст не несёт в себе такой цели, как оскорбление кого-либо. Мои ожидания обмануты. В моём воображении Холден Колфилд - это обаятельный бунтарь. Пусть он и непослушный, но в душе он добрый. У него богатый внутренний мир, и его исключительный бунт зреет где-то глубоко внутри. То есть у его девиантного поведения есть весомый контекст. Его моральные ценности высоки - пусть и поведение не идеально. А каким же оказался Холден Колфилд в книге? Совершенно примитивный подросток. Ему ещё нет восемнадцати, но познать запретное ой как хочется! Он промышляет по захудалым барам, где спиртное продадут хоть пятилетке, пытается снять проститутку, но в итоге у него ничего не получается, ходить гулять с девчонками-ровесницами... А где бунт? В чём он выражен? В том что он ушёл из школы? И то в следствии того что его выгнали. Жаль, что Холден Колфилд оказался не таким, каким я его представляла...

...и наконец дочитана мною эта бесконечная-бесконечная книга, тягучая, как карамель. Дочитана, а я даже не знаю, что и сказать. Сказать, впрочем, нечего. Я лучше вкратце перескажу книгу: Мальчика исключили из школы. Он пошел гулять по Нью-Йорку. Искал себе приключения. Не возбуждался от девушек, которые "реально ему не нравились". Гулял. Уставал. Пил. Спал. Гулял. Уставал. Спал. Пил. С кем-то встречался. Всех ненавидел. А потом ему надоело и он решил уехать, но не решился, остался дома. Ой, простите, я вам случайно всю книгу пересказала... Но вот такая многогранная история, наполненная очень глубоким смыслом. Ну, правда ведь глубоко, да? Все-таки я никогда не пойму тех, кто восхищается этой книгой. Тех, кто ее боготворит. У меня к вам один вопрос: ну что вы в ней нашли? Скучно. Ну мальчик, ну гуляет, ну не может найти себя... Хотя, наверное, этот поиск себя - и есть смысл книги. Поэтому оценка "нейтрально", а не "не понравилось". Видимо, тут есть какой-то скрытый смысл, раз все так восхищаются. И пожалуйста не стоит закидывать меня истерическими откликами "Да вы ничего не понимаете! Это великое произведение искусства!" Я всё понимаю. Знаете, на вкус и цвет... Просто о-о-о-очень пропиаренная и модная книга. Читать можно. Причем вполне приемлемое чтиво. Но чтоб "Мне понравилось! Как многогранно! Как прекрасно! Как глубокомысленно! Моя любимая книга!" - это нет. Читать - читается, но не больше. Скука смертная, и только.

Эта книга и не книга вовсе, а настоящий диалог с главным героем. Вот так приходит к вам в гости старый друг, у которого что-то случилось в жизни, садится с вами за стол, и, попивая чай, принимается рассказывать. В этом и состоит сила книги, но в этом же её слабость. Просто получается, что отношение к самой истории зависит от вашего отношения к человеку её рассказывающему. Ну согласитесь, если этот самый старый друг вызывает у вас усталость, неприятие, просто непонимание: "Как так можно думать и жить, безмозглый", то и события его жизни будут для вас глупыми и бессмысленными. Так случилось у меня, например. Что бы там Холден не пережил, и какие бы мысли не передумал, даже умные, даже правильные, все, что чувствую я - тупое раздражение. Потому что то, как он это пережил, и как подумал эти умные и правильные мысли раздражает безмерно. Максимализм, эта обида на весь мир, узколобость. Да, именно узколобость, и нежелание видеть, что мир не так уж плох. Как и люди тебя окружающие. Я устала слушать своего гостя и страшно рада, что чай кончился и дверь, наконец, закрылась с другой стороны. Эта книга полна глубины, в которую мне не суждено окунуться из-за собственных предрассудков. Ничего не поделаешь.

– Да что я такого сделал?.. – окрысившись, заорал он наконец. – Я тут вообще при чем?.. Что вам от меня надо!.. Да пошли вы все в… И они пошли. Все. Евгений Лукин, "Словесники". Не хочется писать этот отзыв - в какой-то мере выйдет отзыв на собственную юность, когда и посчастливилось познакомиться с Холденом Колфилдом, его рыжим братцем Алли и светловолосой сестрёнкой Фиби, которой так хотелось, чтобы её звали Кисела Уэзерфильд. Но, в сотый раз прочитав в рецензии сакраментальное "юношеский максимализм", я всё-таки хочу подчеркнуть, что максимализмом отдельно взятого мальца проблематика повести не исчерпывается. Естественно, Ловец во ржи никаким образом не годится в учителя жизни. Он сам - ученик этой неприятной школы, так и не обретший наставника. Наверное, поэтому Колфилд так действует на нервы: своим безостановочным враньём, почти старческим брюзжанием и вечным недовольством. Сам Зиммель писал: «Нет ничего проще отрицания». И следование Холдена по пути наименьшего сопротивления, тогда как он призван (призван ли?) к пути сложному, не может не вызывать – раздражения? неприятия? Столь же несложного отрицания. А между тем, против чего протестует юный мастер Колфилд? Против того, что и в моей, например, душе не вызывает восхищения. Мне точно так же не нравится ходить по обрезкам чужих ногтей, выслушивать сальные подробности о подругах, смотреть пошлые мелодрамки, слушать нотации, обучаться там, где я обучаться не способна, терпеть лапанье соучеников и красноглаголивых преподавателей, стирать похабщину со стен. Другое дело, в моём уме давно проросло спасительное ну и что, лишь бы не было войны, а Холден лишь в конце повести дорастёт до осознания: «Проживи хоть тысячу лет, всей похабщины со всех стен не сотрёшь». Не сотрёшь. Но разве от этого легче? Отвращение сэлинджеровского героя к учёбе трудно объяснить одним лентяйством. Он планомерно ищет исключения из школы, покидает почтенные стены с облегчением. Почему? Во-первых, существует определённый процент детей, которым интернат противопоказан чисто психологически. Ну, не тянут, и точка. Медведь нейдёт, так медведчику не лопнуть. Отдайте вы парня в обычную школку, наймите домашнего учителя – финансы, слава Богу, позволяют. А то все знают, что мальчику нужно, только мальчика спросить забыли. И не будем упускать из виду инцидент с Джеймсом Каслом. Легко догадаться, что сотворили с ним старшие ученики; вообще-то уголовная статья плюс доведение до самоубийства. Воображаю, какого шороху навели бы мои родители, стрясись подобное в нашей школе. Предкам Холдена - любящим предкам! - всё равно. Им важно, чтобы их дитятко получило престижное образование, а что в процессе изнасилуют пару раз – издержки-с. Забыл, забыл папаша Колфилд, как сам учился… Что дороже – аттестат зрелости или собственный зад? Подытожим: смерть Алли, разлука с семьёй, опасность с тыла, инкубационный период туберкулёза. Диво, что никого не убил и английский сдал. Для меня одна из самых сильных сторон повести Сэлинджера - точность, с которой отображены повадки жар-птицы по имени Высокая Температура. "Необъяснимые" подъёмы настроения и внезапные переходы к унынию и отвращению уже свидетельствуют о болезни Холдена, которую он сам не осознаёт. В его воображении болезнь и есть взрослость - непрекращающееся страдание, ни спиртным залить, ни табаком задымить. Мальчик с седой прядкой, мальчик с бутылкой, мальчик с проституткой: Нет, не понимаю я толком про всякий секс. Честное слово, не понимаю. Мальчик со всепобеждающей ёрнической речью: "…хороший человек тоже может вконец испортить настроение"... В конечном итоге мы уже разговаривали фразами из "Пропасти". Например, если кто-то начнёт резать правду-матку в щепетильной ситуации, как не шепнуть: " и вдруг Эдди Марсалла пукнул на всю капеллу ". Если правдоруб не замолк, можно с чувством пожать ему руку: " Молодец Марсалла! Чуть крышу не сорвал ". Неуместные приглашения при водят на память телефонный разговор Холдена и Салли: " Я приду в сочельник, ладно? Уберу с тобой эту чертову елку ". Сплетни изящно пресекаются одной цитатой: " Он потерял невинность четырнадцати лет, в Нантакете, честное слово! " или со вздохом: " Человек он был утонченный, но пил, как лошадь ". А как приятно дружески подколоть коллегу: " Слушай, я для тебя присмотрел хорошего психа. Вон, в конце стойки. Ты пока не смотри. Я его приметил для тебя" . Но было и ещё одно обращение. Молитва там, где нет Бога. Молитва младшему, который ушёл к предкам. Алли, не дай мне пропасть! Алли, прошу тебя! Власти США справились с Ловцом во ржи, введя его горе, безумие и власть над миром, древнюю власть словесника, в школьную программу. Сочинения заставили писать зубрить из-под палки. Здорово, что Холден этого не видит. Это мне одной кажется, что его исчезновение - это счастливый конец?

Может я слишком поздно ее прочитала и момент упущен?! В любом случае, книга не произвела на меня абсолютно никакого впечатления. На тему юношеского максимализма написано немало и других вещей, на мой взгляд, более интересных и глубоких.

Юношеский максимализм во всей своей красе... когда сам еще не знаешь, кто ты и каково твое место в этой жизни, но зато уже точно уверен, какими ты не хочешь видеть окружающих.

Говорили, что эта книга ни о чем. Ну, само собой. Никого толком не убили. Никакой закрученной любовной интриги. Действие длится всего несколько дней. О да, разумеется, ни о чем. А ведь иногда с человеком можно просто поговорить. Жутко, что люди забывают об этом. Это книга о хорошем человеке. Ведь этот Холден Колфилд – очень неплохой парень, пожалуй. Мне, честно говоря, нравятся такие ребята – 16-17 лет, еще не нащупавшие почву под ногами, не вписавшиеся в мир и за то на него обиженные – в них есть что-то эдакое, что потом отмирает навсегда. Ни в ком больше такого не найдешь. И в них-то сложно: прячут, редко-редко промелькнет. Такие ребята почти ни с кем не бывают откровенны до конца, и редко с кем позволяют себе быть искренними отчасти. То есть, с Холденом нам всем чертовски повезло. Он напомнит, как это – когда твою голову еще не съела система, и ты задаешься вопросами, которые никому другому просто не приходят в голову, поэтому никто не знает на них ответа; когда ты чувствуешь, что лучше всего у тебя получится ловить детей над пропастью во ржи, но ни одна живая душа не нуждается в твоих услугах; когда живешь в своей собственной системе координат, не хочешь сдавать позиций, но и сопоставлять ее с другими системами пока не умеешь. Я не поручусь за всех. Но у меня так тоже было. Хорошая книжка.

«…хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется. Но это редко бывает… » Этот сборник включает в себя один роман, четыре повести и девять рассказов – только то, что публиковалось с позволения автора. Больше ничего не захотел Сэлинджер дать миру. «Над пропастью во ржи» я давно хотела прочитать, и все не было возможности. Слишком много противоречивых мнений я слышала и не могла остаться в стороне. Но сразу скажу, у меня возникло ощущение, что я многое не понимаю в этих произведениях. Сэлинджер писал в первую очередь для себя, он придумал свой мир и людей, которые ему нравятся, и остался с ними жить (как известно он живет уединенно в глуши и не желает общаться с миром). Это в первую очередь относится к семейству Гласс, коим посвящены повести «Выше стропила, плотники», «Фрэнни», «Зуи» и «Симор: Введение». Они пронизаны духом восточной философии, пестрят цитатами классиков. О романе я не могу сказать восторженно или с крайним неодобрением. Я отнеслась к нему нейтрально, хоть С. и настроил меня на легкое погружение в мир нестандартного подростка, увлекая простотой слога и порой примитивностью изречений. Обычная жизнь, обычный роман, но многие углядели в нем большее. Наверное, своим «отклоняющимся» поведением мальчик старался отыскать нечто важное и непознанное, смысл жизни что ли. Но его действия порой так нелепы, что я даже где-то поразилась его отчаянности. Ему все безразлично, будь то учеба, семья, друзья, да и вообще люди, предметы. Он тратит скромные сбережения на спиртное, сбегает отовсюду, где стоит хоть немного задержаться и ни к чему не приходит. Думаю, не хотелось бы мне иметь подобные мысли, но посмотреть на него стоит. Первая повесть вначале показалась мне похожей на один из девяти рассказов (которые как бы составляют единое целое, хоть и не имеют ничего общего между собой) – фрагмент из жизни паренька, приехавшего на свадьбу к брату, который слишком любит свою невесту, чтобы соблюдать пошлые обряды брака прилюдно и отказывается жениться. Но это значимое событие в повести отображено мало и обрамляется обычными бытовыми проблемами. На сцене главный герой - средний брат Бадди попутно рассказывает о своей необычной семье, в которой семеро детей. Постепенно из его рассказов, отрывков писем становится ясно, как сильно он их любит, и совсем даже неудивительно, что никто из них не смог присутствовать на свадьбе старшего сына (к которому, уж поверьте, относились как к божеству). Еще много странностей у этой семейки, но только в повести «Зуи» начинаешь испытывать к ним смешанные чувства и неудовольствие. Эти люди видят мир иначе хотя бы потому, что они вундеркинды (в детстве каждый из них принимает участие в программе на радио «Умный ребенок» и шокируют аудиторию, с блеском отвечая на сложные вопросы из разных областей). Здесь нет четкой линии и сюжета, повествователь – один из сыновей, который занимается писательской деятельностью и преподает литературу, вкраплениями писем, записок, собственными рассуждениями и воспоминаниями рассказывает о них, своих любимых людях, которые только внутри своей семьи могут найти понимание и одобрение. Все они талантливы, начитанны и крайне умны. Эта их особенность в один момент начинает поднадоедать, уж слишком высоко ставят себя некоторые из детей, рассуждая о предназначении человека. Они сталкиваются в повседневности с людьми, которые не понимают и половины, как им кажется, истинных вещей, известных им с детства. Да, может они и правы, я не могу оценивать вундеркиндов, тогда с этой позиции перед читателем представлены уникальные личности, к жизненной философии которой следует прислушаться. Но это сложно, потому что их речь и мысли, несмотря на простоту изложения, необычные, как у людей, смотрящих на вещи из другого измерения. «Симор: Введение» одолеть было трудно. Повесть представляет собой некий поток сознания того самого писателя-преподавателя. Он пишет в дневниковой форме, каждый раз сообщая, что он подумал и что бы хотел написать, а что оставил бы при себе, вспоминая своего любимого брата Симора, покончившего жизнь самоубийством. Но это не печальный некролог, Бадди пишет о брате с юмором, не скрывая ничего, плохого или хорошего, разбавляя случаями из жизни. Все бы ничего, если б только он не усложнял свой рассказ кучей отступлений. Он пишет все, что приходит в голову, жалея читателя и периодически предлагая оставить это пустое занятие – чтение его сумбурной повести. «Френни» – зачин повести «Зуи», где эти два героя будут вести длительный своеобразный прорелигиозный диалог. В целом эти повести могли бы составить добротный роман, захоти С. избрать эту обычную форму повествования. Но нет, всю информацию можно почерпнуть только прочитав все повести, которые, кстати, имеют связь с рассказом «Хорошо ловится рыбка-бананка», в котором описаны минут 30 из жизни Симора, предшествующие его самоубийству. Не знаю, можно ли их понять и оценить, но очевидно, что подлинный смысл жизни семьи Гласс известен только автору. Он соотносит себя с ними, они его друзья, его семья и, в то же время, он сам, разделенный на девять кусочков: актер, писатель, священник, военный, танцор и др. Но больше всего, очевидно, ему близок Бадди, который так же живет в глуши, и именно он является рассказчиком, собирателем разрозненных кусочков бумаги и собственных воспоминаний о семье. Девять рассказов я читала в другом издании и о них говорила отдельно ранее.